Качаловцы открыли новую сцену

Накануне на Баумана, возле входа на большую сцену Качаловского театра, собрались несколько сотен человек. Публика танцевала, пела, кричала «браво» — всех объединил проект качаловцев, посвященный закрытию сезона и чемпионату мира по футболу. Open air труппа одного из старейших российских театров проводит впервые, но, судя по реакции зрителей, замысел удался. Подробности в материале «Реального времени».

Четыре премьеры сезона

В минувшую субботу спектаклем по комедии Мольера «Безумный день, или Женитьба Фигаро» качаловцы завершили в Казани 227-й сезон. Первой его премьерой, состоявшейся осенью прошлого года, был булгаковский «Бег» в постановке Александра Славутского. Сложная для постановки пьеса о трагическом периоде русской истории, по жанру ее можно определить как трагикомедию, где фарсовость эпизодов органично перетекает в высокую драму человека, выброшенного в неизвестность революционной бурей.

Одна из знаковых фигур в «Беге» — генерал Чарнота в исполнении Ильи Славутского. Про него можно сказать, переиначив классика, что «он пугает, а нам не страшно». Грозный, как ему самому это кажется, Чарнота — большой ребенок, потерянный в безумии революции, где-то в глубине души нежный и ранимый. За роль Чарноты Илья Славутский был удостоен республиканской театральной премии «Тантана» в номинации «Лучшая мужская роль».

Второй премьерой, состоявшейся перед Новым годом, стал ретро-концерт «Когда зажгутся фонари», спектакль идет на малой сцене и здесь уже Илья Славутский выступил и в качестве режиссера, и в качестве одного из актеров.

«Когда зажгутся фонари» — стильное представление, где органично переплетены пение, танец и стихи. Истоки спектакля лежат в фестивале русского искусства в Марселе, где качаловцы частые гости, и здесь по формату после спектакля поющая и танцующая часть труппы выступает перед французской публикой в импровизированном кабаре.

В мае на малой сцене прошла еще одна премьера, публике был представлен сценический вариант пьесы Александра Володина, и это тоже режиссерская работа Ильи Славутского. Герои «Пяти вечеров» в исполнении Елены Ряшиной и Ильи Петрова — два человека, которые обретают любовь, друг друга и себя, истинных. Это спектакль о самом главном в жизни человека — надежде, вере и любви.

И наконец, в конце мая Александр Славутский представил публике «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна» по культовому роману Марка Твена. Умный, озорной спектакль, который одинаково интересен и взрослым, и детям.

Из событий сезона стоит отметить поездку труппы со спектаклем «Безумный день, или Женитьба Фигаро» на театральный фестиваль в Ганновер, произошедшую в июне, а до этого, весной, на фестивале моноспектаклей побывала Светлана Романова с моноспектаклем «Последний день». Завтра же труппа улетает на фестиваль в Пекин, где трижды покажет «Пиковую даму».

За Россию!

Отметить окончание 227-го сезона качаловцы решили опен-эйром, и подобная акция вчера прошла впервые. Режиссировал программу, основной блок которой составляли концертные номера из ретро-концерта «Когда зажгутся фонари», Илья Славутский.

«Идея опен-эйра принадлежит Александру Славутскому. Когда мы обсуждали ее, решили выбрать такой формат — посмотреть на театр под другим углом. Оказывается, получается, и театру не противоречит. Ну и, конечно, еще хотелось сказать таким образом спасибо нашим зрителям, которые заполняют наши залы и верят в нас», — прокомментировал он проект «Реальному времени».

В полдень на площадке перед входом в театр на Баумана была выстроена платформа, своего рода сцена. На ней разместились микрофоны. На сцене — Елена Ряшина, Эльза Фардеева, Алексей Захаров, Илья Славутский — вокальная группа. Внизу группа молодых актеров на подтанцовках. Зрителей, несмотря на жару, собралось несколько сотен.

Звучат песни, Светлана Романова, Михаил Галицкий, Геннадий Прытков, Илья Петров читают стихи о театре и профессии артиста. Публика подпевает, образуются танцующие пары, гремят аплодисменты, раздаются крики «браво».

Внутри импровизированного концерта викторина, вопросы непростые, но публика их отгадывает, победителям вручают пригласительные билеты на будущий сезон, буклеты, посвященные театру, и фирменные качаловские ручки. Публика все прибывает и прибывает, среди нее не только казанцы, но и болельщики, приехавшие на чемпионат мира по футболу. Вот подходит несколько французов с флагами, мгновенно включаются в действие и начинают танцевать, они все еще в эйфории после победы сборной Франции над Аргентиной.

«Мы не могли обойти тему чемпионата мира, будем все болеть за Россию!» — обращается к зрителям Илья Славутский и его слова тонут в единодушном «Ура!». Час с лишним длится опен-эйр, но никто не уходит, а когда все заканчивается, для желающих начинается фотосессия с любимыми актерами.

Когда-то Пушкин говорил, что «драма родилась на площади», оказывается, в таких уличных представлениях есть особая прелесть. Качаловцы думают о том, что, возможно, стоит время от времени устраивать перед театром такие вот опен-эйры. Возможно, следующий будет в начале осени, открытие нового сезона в Качаловском состоится 14 сентября.

Татьяна Мамаева,
"Реальное время" 02.07.2018 г.

Качаловцы закрыли сезон

Заключительная встреча со зрителями прошла на уличном подиуме у входа в театр

Впервые в истории столицы Татарстана артисты Казанского академического русского Большого драматического театра имени В.И. Качалова устроили закрытие сезона, выйдя к своему зрителю в формате open air. Обозреватель «МК-Поволжье» стал участником этого события.

Плавящийся под солнцем асфальт, воздух до последней молекулы пропитанный жаром, разморенные люди, бесцельно бродящие по центральной улице города в нарядах, раскрашенных в цвета аргентинского, французского, испанского флагов, серый подиум, сиротливо прижавшийся к ступеням здания, выстроенного как минимум сотню лет назад, на подиуме – одинокие пюпитры с нотами и стулья с разложенными музыкальными инструментами… И вдруг ровно в полдень все оживает. Невесть откуда появились музыканты, зазвучал фокстрот, четыре пары в будничных нарядах закружились у подножия сцены.

Театральный полдень на Баумана

Танцующих тут же плотным полукольцом обступили прохожие, их губы зашевелились и глухим шелестом словно сами собой соткались слова:

Ты его встречай,

Свой цветущий май –

Май зацветает лишь однажды, смотри,

Не пропусти, узнай.

Случайные прохожие, казанцы и не казанцы вдруг, неожиданно сами для себя, вспомнили не только эту популярную мелодию Артура Полонского, но и текст, сочиненный для нее значительно позже Людмилой Карауловой…

Не правда ли, очень напоминает сцену из пьесы Тонино Гуэрры, написанной специально для Федерико Феллини? И тем не менее, здесь и автор иной, и режиссер – с другой фамилией. Вот он – Александр Славутский, наблюдающий за всем из-за колонны. Еще пара-тройка минут, и художественный руководитель и директор Казанского академического русского Большого драматического театра имени В.И. Качалова шагнет на авансцену подиума, чтобы объявить закрытие 227-го театрального сезона.

– Он был для нас трудным, – Александр Яковлевич, как обычно, лаконичен. – Но мы все же смогли выпустить четыре премьеры: «Бег» по Михаилу Булгакову, ретро-концерт «Когда зажгутся фонари», «Пять вечеров» Александра Володина и «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна» Марка Твена. Буквально только что мы вернулись с гастролей в Ганновере, где выступали на сцене Schauspiel театра, а 6, 7 и 8 июля нам предстоит сыграть в Пекинском Народном художественном театре.

– Зритель в Германии потрясающий, – уточняет Илья Славутский, – мы совершенно не были готовы к такому приему. Чрезмерный, можно даже сказать, избыточный покой в городе, все такие вежливые, предупредительные – и такое неистовство в зале, когда они аплодировали, топали ногами в такт аплодисментам, а в конце еще и встали, что немецкие коллеги отметили, как очень необычное поведение для немецкой публики вообще. А в зале ведь были далеко не только русскоговорящие, но и те, кто отслеживал содержание по бегущей строке титров. Так что мы даже не представляем, каким окажется прием в Китае. Там огромный зал в тысячу мест – это же всемирно известный коллектив, по сути, главный театр страны.

– А в Ганновер, между прочим, я первая дорожку протоптала, – лукаво улыбается Светлана Романова. – Мой моноспектакль «Последний день» по стихам Марины Цветаевой стал участником Международного фестиваля камерных театров МОSТ, организованного Толстовским обществом Ганновера… И зрители приняли этот монолог, они поняли, они благодарили… А потом уже и театр наш пригласили к себе.

Фаду на русский манер

Между тем, представление open air продолжается. Александр Яковлевич, скупо перечислив награды, полученные коллективом, и сообщив, что следующий сезон откроется 14 сентября спектаклем «Безумный день, или Женитьба Фигаро», вновь уступает сцену артистам. И снова звучат любимые мелодии, и вновь зрители охотно подпевают и даже танцуют вместе с молодым составом труппы. Множество песен-историй, сплетаясь друг с другом, рождают неожиданный контекст-повествование о простых человеческих судьбах.

И все собравшиеся на улице Баумана, без различий на национальности и культурные пристрастия, одинаково живо реагируют на эту необычную пьесу под названием жизнь.

– Они поют про любовь, про встречи и расставания, – слышу, как за моей спиной на английском языке россиянка объясняет происходящее на сцене швейцарцу. – Это что-то вроде фаду на русский манер.

– О, фаду! – понимающе кивает ее спутник и начинает пританцовывать в заданном музыкальном ритме танго Джованни Раймондо:

– Я жду тебя, как прежде,

Ну, не будь таким жестоким..

Мой нежный друг,

Если можешь, прости!

И незатейливые безыскусные слова, написанные в самом конце 1930-х годов для первой исполнительницы этого «русского фаду» Изабеллы Юрьевой ее мужем, Иосифом Аркадьевым, в современном исполнении трогали слушателей ничуть не меньше, чем в довоенную пору.

В толпе взгляд непроизвольно выхватывал лица актеров труппы разных поколений. Вот с кем-то разговаривают Ирина Чернавина и Василий Фролков, вот радостно обнимаются с верными поклонниками Антонина Иванова и Владимир Мазур, подпевают и пританцовывают Ольга Сабирова и Валентина Кузнецова. Молодые артисты и сотрудники театра выбрались сюда целыми семьями – с женами, детьми…

С чего начинается театр?

Такой формат раскрепостил и зрителей, и артистов. Они легко создавали общие танцевальные и игровые композиции, задорно водя «паровозики» и хороводы, устраивая взаимные селфи и рассказывая о грядущих планах будущего сезона. Кстати, нас ждут премьеры «Леса» Александра Островского в постановке Игоря Коняева, «Дракона» Евгения Шварца в постановке Александра Славутского и…

– Я тоже работаю над одним проектом, – интригует Илья Александрович. – Не хочу разрушать завесу тайны, но, поверьте, это будет интересно.

А уж когда началась викторина, вопросы которой напрямую требовали хорошего знания текстов пьес из репертуара театра, то актеры едва сдерживались, чтобы не опередить в ответах зрителей. Удача обернулась жительницам Казани и Вятских Полян, выигравшим билеты на популярнейшие спектакли качаловцев очередного сезона.

Наверное, настала пора назвать имена и тех драматических актеров, кто решился на серьезное испытание – более часа петь на открытом воздухе: Елена Ряшина, Эльза Фардеева, Алексей Захаров и Илья Славутский. Не вдаваясь в тонкости музыкального искусства, отмечу, что драматический актер при частой смене речевого режима другим – певческим может и вовсе надорвать голосовые связки и лишиться голоса…

– Не заскучали? Продолжаем? – время от времени бросал со сцены Илья Славутский, и зрители отвечали ему дружным: «Продолжаем!» И тут же начинали подпевать очередному жестокому романсу или пускались в пляс под зажигательные мелодии далеких тридцатых годов прошлого века.

Мария Шеховцова, Александр Малинин, Славяна Кощеева, Павел Лазарев, Миляуша Ахматова, Максим Кудряшов, Инга Фирзина и Ирек Хафизов – то разбиваясь на пары между собой, то подыскивая себе партнеров среди собравшихся вокруг подиума – своей энергичной молодостью и искренней радостью создали нечто вроде мини-карнавала в русском стиле.

И за всем этим безудержным весельем едва-едва проглядывались напряженный физический труд, сложность точного воспроизведения узнаваемых эмоций, тяжесть груза моментальных перевоплощений и невероятная мощь подлинных переживаний, в совокупности и рождающих жизнь образа на сцене.

– Тащитесь, старенькие клячи!

Актеры, правьте ремесло,

Чтобы от истины ходячей

Всем стало больно и светло!

В тайник души проникла плесень,

Но надо плакать, петь, идти,

Чтоб в рай моих заморских песен

Открылись торные пути, – неслись над толпой строки стихотворения Александра Блока. Светлана Романова читает их надрывно, судорожно и этим на какой-то краткий миг срывает маски с лицедействующих на простеньком помосте у обочины улицы.

В ходе представления точно так же – исповедально – прочтут строки об актерском ремесле и Михаил Галицкий, и Илья Петров, и Геннадий Прытков…

– Идея, признаюсь честно, пришла не мне, – на лице Ильи Славутского блуждающая улыбка, – руководитель нашего театра Александр Яковлевич как-то обронил, что хорошо бы сделать закрытие сезона возле театра силами молодежи. И теперь, я так надеюсь, мы присутствуем при рождении новой традиции. Так все это душевно получилось, что я и об открытии сезона в таком же формате всерьез задумался…

Я не спросил у Ильи Александровича о причинах успеха нового начинания качаловцев. Ответ, как мне кажется, достаточно прост. Он в строках Инны Кашежевой, так просто, так пронзительно, так талантливо прочитанных Геннадием Прытковым:

– Театр начинается, бурно

Собою с тобою делясь.

Театр начинается... Будто

Земля только что родилась.

Подмостков счастливые слуги

Сто жизней в одно проживут...

Театр начинается с муки,

Которую Музой зовут!

Театр и впрямь начинается не с вешалки, а гораздо раньше – с тех прощаний и встреч, которые, сменяя друг друга, сплетаются в огромный мир, обозначенный великим Уильямом Шекспиром как театр. Нет, неправильно – с большой буквы – Театр. И все мы – актеры и зрители – персонажи одной нескончаемой пьесы.
Зиновий Бельцев ,
"Московский комсомолец" 03.07.2018 г.

Качаловский театр: премьера нового формата общения со зрителем

30 июня 2018 года спектаклем «Безумный день, или Женитьба Фигаро» закрылся 227-й сезон Казанского академического русского большого драматического театра имени В.И. Качалова.

У постоянных зрителей театра была еще одна возможность увидеть любимых артистов. В воскресенье, 1 июля, перед входом в театр впервые состоялся большой праздник в формате open air. Такое представление вполне естественно для поющего и танцующего Качаловского театра.

То, что зрителей будет много, сомневаться не приходилось. На улице Баумана всегда много народу, в том числе – туристы, болельщики Чемпионата мира по футболу. Но они подходили – и порой уходили, а настоящие театралы, занявшие хорошие места заранее, посмотрели всю программу от начала до конца.

Сначала к зрителям обратился художественный руководитель и директор театра Александр Славутский, который напомнил основные события сезона.

Затем актеры исполнили популярные песни, стихи и танцы, хорошо знакомые тем, кто видел ретро-концерт «Когда зажгутся фонари», задуманный и поставленный Ильей Славутским. Идея поставить такой необычный концерт в театре стала естественным продолжением выступлений актеров в Марселе (Франция), на Фестивале русского искусства, где качаловцы – частые гости. После спектакля на фестивале обычно бывает концертное выступление труппы перед французской публикой в импровизированном кабаре.

И вот теперь – еще одно продолжение, на концерте в завершение сезона.

В полдень на площадке перед входом в театр на улице Баумана была выстроена платформа, которая сыграла роль сцены. Елена Ряшина, Эльза Фардеева, Алексей Захаров и Илья Славутский пели, и им подпевали зрители.

Светлана Романова, Михаил Галицкий, Геннадий Прытков, Илья Петров читали стихи о театре и профессии артиста, и по силе оваций можно было судить о популярности актеров.

Молодые актеры танцевали прямо на асфальте. В какое-то мгновение рядом с ними появились танцующие пары из зрителей. И расстояние между зрителями и актерами сократилась до минимума.

Для викторины, включенной в программу концерта, выбрали довольно сложные вопросы, но люди их отгадывали, счастливчикам тут же вручали пригласительные билеты на будущий сезон, буклеты, посвященные театру, и фирменные «качаловские» ручки.

Современный театр живет в необыкновенно конкурентной среде. У зрителей большого города на вечер бывает до десятка предложений – спектакли в разных театрах, концерты, кино, телевидение… Все чаще их зовут в учреждения культуры – казанские музеи, Центр современной культуры «Смена».

Каждому коллективу приходится искать оригинальные поводы для неформального общения со зрителями, чтобы сформировался постоянный контакт. Так, в последнем сезоне на малой сцене состоялся цикл творческих вечеров с общим названием «Встречи в Качаловском – диалоги о театре», посвященный 225-летию театра (Диалоги о театре в Качаловском). Начинал цикл заслуженный артист России, народный артист Татарстана, доцент Казанского государственного института культуры Михаил Галицкий. 30 октября зрители встретились с художественным руководителем Качаловского театра, народным артистом России и Татарстана Александром Славутским. Как признался Геннадий Прытков, народный артист России, лауреат Государственной премии РТ имени Г. Тукая, на встрече 13 ноября, вот так, лицом к лицу со зрителем, он оказался впервые за свою долгую сценическую жизнь. 8 января 2017 года экзамен перед зрителями держала народная артистка России и Татарстана, лауреат Государственной премии РТ имени Г. Тукая Светлана Романова. 22 января со зрителями встречался народный артист Татарстана Илья Славутский, 2 февраля – заслуженный артист Татарстана Марат Голубев, 5 марта – заслуженная артистка Татарстана Елена Ряшина, 19 марта – народный артист России и Татарстана Вадим Кешнер (Вадим Кешнер: «Моя природа – это всегда то, что НАД...»). Завершил цикл встреч творческий вечер заслуженной артистки Татарстана Эльзы Фардеевой.

Были и другие поводы для встреч со зрителями, прежде всего юбилеи. В ноябре прошлого года свое 70-летие отметил художественный руководитель театра Александр Славутский. Почти за полвека творческой деятельности он поставил около 80 спектаклей, более 35 лет успешно возглавляет театральные коллективы. В Казани Славутский работает свыше 20 лет. В этот период Качаловскому присвоено почетное звание «Академический». По его инициативе проведена масштабная реконструкция исторического здания театра. Особое внимание Славутский уделяет подготовке творческой молодежи. По его инициативе при театре были выпущены два актерских курса РАТИ (ГИТИС), выпускники которых в настоящее время – в числе ведущих артистов театра.

В марте в театре имени Качалова отмечали 80-летний юбилей Вадима Кешнера, вся жизнь которого отдана одной сцене. В форме бенефисов отпраздновали юбилеи Светлана Романова (Когда профессия – божий дар) и Геннадий Прытков (Геннадий Прытков: 50 лет на Качаловской сцене).

С 26 декабря по 7 января в театре имени Качалова прошли лучшие спектакли для детей и взрослых. Юных зрителей перед началом спектакля ждало новогоднее представление с Дедом Морозом и Снегурочкой. Сказочные герои приходили к юным зрителям, чтобы не только поздравить ребят с праздником и традиционно зажечь новогоднюю елку, но и рассказать им о волшебном мире театра.

Напомним, каким был 227-й сезон Качаловского театра. В афише появились четыре новых спектакля. В октябре первой премьерой стал булгаковский «Бег» в постановке Александра Славутского, спектакль-размышление о людях, нелегкий выбор перед которыми поставило время, о судьбе страны, о любви к своей земле (Можно выклянчить всё, но только не Родину, господа).

В декабре режиссер Илья Славутский пригласил зрителей в музыкально-поэтическое путешествие во времени – на малой сцене звучали всем хорошо знакомые и любимые многими поколениями песни ретро-концерта «Когда зажгутся фонари».

В мае путешествие в прошлое продолжилось лирической историей о любви, пронесенной сквозь годы. Спектакль «Пять вечеров» по пьесе Александра Володина поставил Илья Славутский («Нас ждёт награда за все былые муки...»). В спектакле заняты Елена Ряшина, Илья Петров, Иван Овчинников, Мария Шеховцова, Илья Скрябин и Анастасия Королева.

Настоящим подарком юным зрителям стало возвращение на сцену театра героев одного из лучших произведений мировой детской литературы – романа «Приключения Тома Сойера» Марка Твена.

Мюзикл в новой постановке Александра Славутского наполнен азартом и энергией молодого поколения качаловцев. В спектакле заняты Павел Лазарев – Том Сойер, Алексей Захаров – Сид Сойер, Виктор Шестаков – Гекльберри Финн, Славяна Кощеева – Бэкки Тэтчер. Увидят зрители в новой версии и участников первой постановки этого мюзикла на качаловской сцене: заслуженный артист Татарстана Марат Голубев предстает в образе Меффа Поттера, заслуженные артистки Татарстана Эльза Фардеева и Ирина Вандышева играют тетю Полли и миссис Харпер.

Весь сезон активно работали обе сцены – основная, возможности которой многократно увеличились после модернизации театра, и малая, у которой теперь есть свой репертуар.

Были в уходящем сезоне интересные гастроли, победы на фестивалях. В Самаре «Женитьба Фигаро» победила в трех номинациях: «Лучшая женская роль» – Елена Ряшина, «Лучшая мужская роль» – Илья Славутский, «Лучшая сценография» – Александр Патраков. А в Москве на фестивале «Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры» спектакль «Женитьба» по одноименной комедии Гоголя с успехом прошел на Новой сцене Вахтанговского театра и завоевал приз «Зрительское признание».

Театр имени Качалова был участником Международного фестиваля камерных театров «Мост», который проходил с 23 по 28 марта в Ганновере (Германия). Спектакль «Безумный день, или Женитьба Фигаро», поставленный Александром Славутским по бессмертной комедии Бомарше, покорил ганноверскую публику. После спектакля немецкие коллеги пригласили гостей из Казани на дружеский вечер. Это первые в истории одного из старейших театров России гастроли в Германию, прошедшие в рамках сотрудничества театра имени Качалова и Государственного театра г. Ганновера. Следующим этапом станет ответный визит немецкого театра в Казань, который планируется на 2019 год.

27 марта, в Международный день театра, в рамках фестиваля в Ганновере Светлана Романова сыграла моноспектакль «Последний день». В этом спектакле она не только исполнитель, но и постановщик, автор композиции и музыкального решения. В 2017 году актриса была удостоена за него Литературной премии имени Марины Цветаевой.

«Последний день» – одновременно исповедь конкретного человека и рассказ о времени, о жизни, о судьбе. Зрители видят одного из величайших поэтов XX века сквозь призму ее стихов, писем, дневниковых записей.

Точкой отсчета театрального сюжета становится последний день Марины Цветаевой, день ее трагической смерти в Елабуге, где она оказалась в эвакуации. Перед ее глазами в последнюю минуту пролетает вся жизнь: детство, смерть матери, юность, любовь, разлука, эмиграция, возвращение. Последний день становится и финальной точкой спектакля. Спектакля, но не судьбы поэта во времени. Напоминание о вечности – один из главных посылов актрисы, проживающей на наших глазах трагическую жизнь великого русского поэта.

Сезон качаловцы завершают гастрольным туром «Европа-Азия». Европейская его часть уже позади – «Женитьба Фигаро» покорила зрителей в Ганновере. Впереди – поездка в Китай, где 6, 7, 8 июля в рамках Международного театрального фестиваля на сцене Пекинского народного художественного театра будет сыграна театральная фантазия «Пиковая дама».
Любовь Агеева,
"Каз@нские истории" 01.07.2018 г.

Качаловцы закрыли свой 227-й театральный сезон концертом в стиле Open Air

Обычно праздничное действо с музыкой, песнями, танцами, декламацией стихов происходит внутри Казанского Большого драматического театра имени В.И. Качалова, а воскресным днем 1 июля оно вылилось и наружу. Так, концертом Open Air, коллектив театра во главе с его директором и художественным руководителем Александром Славутским решили ненадолго попрощаться с любимыми зрителями – до сентября, до старта нового сезона.

Эта идея оказалась очень удачной, вызвала бурный интерес у поклонников творчества качаловцев, у многих казанцев и гостей столицы. Несмотря на сильнейшую жару, перед входом на основную сцену театра собралось более 200 человек. Они с удовольствием слушали любимых артистов, танцевали вместе с ними, общались и, конечно, делали селфи! Отсутствие привычных границ, разделяющих актеров и зрителей, принесло всем большое удовольствие. И закономерно возникли разговоры о том, чтобы сделать подобные «опен-эйры» традицией. Находчивые и довольные зрители предложили следующий такой концерт организовать уже на открытие сезона 14 сентября.

Никто не удивится, если легкие на подъем, на всевозможные эксперименты и перфомансы качаловцы так и поступят. Они всегда готовы творить и удивлять. И прошедший 227-й театральный сезон доказал это.

Напомним, что в течение него в афишах театра появились четыре новых спектакля. Первой премьерой сезона стал булгаковский «Бег» в постановке Александра Славутского. Спектакль был представлен публике аккурат в канун 100-летия Великой Октябрьской революции. В декабре режиссер Илья Славутский пригласил всех в музыкально-поэтическое путешествие по незабвенной эстраде первой половины ХХ века – на Малой сцене зазвучали песни ретро-концерта «Когда зажгутся фонари». В мае Илья Александрович представил спектакль «Пять вечеров» по пьесе выдающегося советского драматурга Александра Володина.

Настоящим подарком юным зрителям стало возвращение на сцену театра героев одного из лучших произведений мировой детской литературы – романа «Приключения Тома Сойера» Марка Твена. Новая версия мюзикла в постановке Александра Славутского наполнена азартом и энергией молодого поколения качаловцев.

Были в уходящем сезоне театра гастроли и крупное признание его достижений. На фестивале «Волга театральная» в Самаре «Женитьба Фигаро» победила в трех номинациях: «Лучшая женская роль» (Елена Ряшина), «Лучшая мужская роль» (Илья Славутский) и «Лучшая сценография» (Александр Патраков). А в Москве, на фестивале «Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры», спектакль «Женитьба» по одноименной комедии Гоголя с успехом прошел на Новой сцене Вахтанговского театра и завоевал приз «Зрительское признание».

В марте на фестивале моноспектаклей в Германии был показан спектакль «Последний день» в исполнении Светланы Романовой, удостоенной в этом году Литературной премии имени Марины Цветаевой.

А завершают сезон качаловцы масштабным гастрольным туром «Европа-Азия». Европейская его часть уже позади. «Женитьба Фигаро» покорила зрителей в Ганновере. Впереди – поездка в Китай, где 6, 7, 8 июля в рамках Международного театрального фестиваля на сцене Пекинского народного художественного театра будет сыграна театральная фантазия «Пиковая дама».
Диана Галлямова,
"Элита Татарстана" 02.07.2018 г.

Качаловский театр завершил сезон концертом в формате open air

Зрителями представления у стен театра стали сотни горожан и гостей Казани.

В минувшее воскресенье, 1 июля, Казанский академический русский Большой драматический театр им. В. Качалова закрыл 227-й сезон концертом в формате open air. Представление у стен театра собрало на улице Баумана сотни горожан и гостей Казани. Ведущие артисты Качаловского исполнили полюбившиеся зрителям песни, стихи и танцы, попрощавшись со своими поклонниками до следующего сезона, который откроется 14 сентября.

Сезон для качаловцев выдался очень продуктивным: в афише появилось четыре новых спектакля. В октябре первой премьерой сезона стал булгаковский «Бег» в постановке Александра Славутского — пронзительный, нежный и горький рассказ-размышление о людях, выборе, перед которым их ставит время, о судьбе страны, о любви к человеку, к родине, к своей земле. В декабре режиссер Илья Славутский пригласил всех в музыкально-поэтическое путешествие во времени — на Малой сцене зазвучали хорошо всем знакомые и любимые многими поколениями песни ретро-концерта «Когда зажгутся фонари».

В мае это путешествие продолжилось лирической историей о любви, пронесенной сквозь годы, «Пять вечеров» по пьесе Александра Володина. Настоящим подарком юным зрителям стало возвращение на сцену театра героев одного из лучших произведений мировой детской литературы — «Приключения Тома Сойера» Марка Твена. Новая версия этого мюзикла появилась на сцене Качаловского в постановке Александра Славутского.

Были в минувшем сезоне и другие поводы для встреч со зрителем: юбилеи ведущих артистов, народных артистов России и Татарстана, лауреатов Госпремии им. Г. Тукая Светланы Романовой и Геннадия Прыткова, 70-летие отметил художественный руководитель-директор театра Александр Славутский.

Были в уходящем сезоне гастроли, победы на фестивалях. В Самаре спектакль «Женитьба Фигаро» победил в трех номинациях: «Лучшая женская роль» — Елена Ряшина, «Лучшая мужская роль» — Илья Славутский и «Лучшая сценография» — Александр Патраков. А в Москве на фестивале «Биеннале театрального искусства. Уроки режиссуры» спектакль «Женитьба» по одноименной комедии Николая Гоголя с успехом прошел на Новой сцене Вахтанговского театра и завоевал приз «Зрительское признание». В марте в Германии на фестивале моноспектаклей с успехом прошел «Последний день» в исполнении Светланы Романовой, удостоенной в этом году Литературной премии имени Марины Цветаевой.

Сезон качаловцы завершают гастрольным туром «Европа — Азия», европейская часть которого уже позади: «Женитьба Фигаро» покорила зрителей в Ганновере. Впереди — поездка в Китай, где 6, 7 и 8 июля в рамках Международного театрального фестиваля на сцене Пекинского народного художественного театра будет сыграна театральная фантазия «Пиковая дама».

Ольга Голыжбина,
"Татар-информ" 02.07.2018 г.

Качаловцы устроили театральное шоу на улице Баумана

Впервые театр имени Качалова закрыл сезон 1 июля открытым концертом на улице Баумана в Казани.

Артисты театра с 12.00 перед входом в театр устроили «Закрытие сезона Open Air». Посмотреть на действо пришли несколько сотен зрителей.

Ведущие артисты исполнили песни, стихи, танцы. Они водили хороводы и танцевали вальсы.

Следующий сезон откроется 14 сентября.
Лика Исаева,
Московский комсомолец 01.07.2018 г.

«Нас ждёт награда за все былые муки...»

Актер Качаловского театра Илья Славутский 17 мая 2018 года  представил в качестве режиссера еще один спектакль – «Пять вечеров» по знаменитой пьесе Александра Володина.

12 июня его посмотрела Любовь Агеева.

Мне интересно творчество Ильи Славутского. Он во второй раз предложил зрителям своеобразное соревнование, выбрав для постановки  известную всем пьесу. Точнее, не пьесу, а ее кинематографическое воплощение. Кто не помнит фильм Никиты Михалкова, поставленный в 1978 году с участием Людмилы Гурченко в роли Тамары Васильевны и Станислава Любшина в роли Александра Петровича Ильина?!

Я ничего не читала о премьере, которая состоялась 17 мая нынешнего года, и не знала, кто занят в новом спектакле. Но точно угадала исполнителей главных ролей – Елену Ряшину и Илью Петрова.
Вспомнила, как во время нашего разговора (читайте два его интервью – «Мы счастливые люди: у нас зритель, о котором можно только мечтать»; Илья Славутский: «Я люблю, когда слезы от смеха») Славутский, рассказывая о «Женитьбе», так определи свой выбор бессмертной пьесы Гоголя:

«… у меня были артисты, которые смогут это сыграть, и сделать это хорошо, и материал, над которым будет безумно интересно работать».

Как мне кажется, в своей новой работе он руководствовался теми же самыми мотивами. И не побоялся, что у многих пришедших в зал, как и в случае с «Женитьбой», перед глазами будут кадры из фильма, застрявшие в памяти, – о чем говорили, как сидели, как искали трудный путь друг к другу после многих лет разлуки.

Естественно, сравнение началось с самой первой сцены. Ведь режиссер предлагал совсем другое решение. Первые послевоенные годы – и ни одной приметы о том, как трудно жилось тогда людям. Ни в реквизите, ни в костюмах актеров, одетых, что называется, с иголочки. Явный диссонанс со временем в некоторых предметах реквизита: перекидной календарь, который вполне мог быть в 1948 году, – и вязаная кофта племенника Тамары с «заплатками» на рукавах, мода на которые появилась много позднее.  

О конкретном времени впрямую напоминала, пожалуй, только одна сцена – когда Тамара-Ряшина рассказывала Ильину о своей жизни: член партии, работает мастером на фабрике «Трехгорная мануфактура». Мы уже забыли прошлое, когда было социалистическое соревнование,  а ценность людей определяло прежде всего их отношение к работе, и потому ее монолог звучит для молодежи странно. Но мы так жили. И когда Тамара отклонила предложение Ильина поехать с ним, обыкновенным шофером, на Север, она думала вовсе не о том, что он ей по социальному статусу не ровня. Каждый в жизни должен делать самое большее, на что он способен, говорит она ему. Видимо, в годы их знакомства Ильин подавал большие надежды…

В спектакле качаловцев восстановлены некоторые купюры пьесы, сделанные Михалковым. Славутский, по его словам, ближе к  пьесе. Есть, конечно, и изъятия, но их совсем немного. Они сделаны для снятия некоторой идеологизированности пьесы, о которой писали рецензенты фильма. Хотя лично я ничего такого в нем не видела.

Был еще один вопрос, который мучил. Фильм заставлял домысливать некоторые обстоятельства, которых в сюжете нет.

Сестра умерла во время войны (у Володина - в блокаду), и Тамара живет с племянником, которого воспитала, как сына. Мы привычно говорим, что Великая Отечественная войны вошла в каждый дом. Дом Тамары не был исключением, но для нее это утверждение – не метафора. Тем более что, по пьесе, после войны прошло не так много времени, и потери еще остры.

Но более всего воображение работало, когда герои фильма вспоминали довоенное время. Михалков всячески помогал зрительскому воображению, и мы не могли не думать о причинах, которые заставили Ильина уехать на Колыму. Предал ли он любовь возлюбленной, как писалось в анонсах и рецензиях? Не уверена. Скорее всего, так сложились обстоятельства. Еще до войны его отчислили из института – за то, что он назвал подлеца подлецом.  Возможно, нечто подобное случилось и на войне, поскольку подлецы были и на фронте. А, возможно, он попал в плен, а потом – в лагеря, да так и задержался на Колыме. И хотя вполне доволен своей работой (был шофером – стал заведующим гаража) и жизнью на Севере, Тамаре представился главным инженером химкомбината в Подгорске. Видимо, не думал, что встреча с Тамарой сыграет такую важную роль в его жизни.

Желание понять, почему так далеко Илья Славутский отошел от классического прочтения известной пьесы, заставило сильнее вслушиваться в интонации, всматриваться в детали. Поскольку режиссеры обычно просто так ничего не делают. И часто это ПРОСТО ТАК мало соответствует нашим представлениям и ожиданиям, что порой вызывает критические комментарии рецензентов. Поэтому после спектакля я попросила Илью Славутского поделиться своим режиссерским замыслом. Допустить мысль о том, что он плохо прочитал пьесу или не узнал в тонкостях послевоенную жизнь, было трудно.  

Так и оказалось: прежде чем ставить спектакль, Илья много что увидел и прочитал. Знает, что такое коммунальная квартира, как жили люди после войны, как они одевались, что у них было на столе в новогоднюю ночь. Но у него спектакль все-таки не о войне, хотя именно война разлучила главных героев. И уж тем более не о ностальгии по советским временам.  

У него спектакль – о любви. И не только о любви мужчины и женщины, хотя отношения Ильина и Тамары на первом плане. О любви – как о способности человека не только на сострадание, но и на поддержку в трудную минуту. Так бросается помогать влюбленным Катя, когда видит, что они могут снова расстаться.

Не скрою, Илья Славутский  удивил, когда сказал, что для него история Ильина и Тамары похожа на историю Одиссея и Пенелопы: любовь, разлука, одиночество – и встреча.  Этот конфликт  – вне времени и места действия. И в знаменитой фразе «Только бы войны не было» звучит не воспоминание о конкретной войне, а мысль о трагедии войны вообще.

Хотя режиссер не отказывается и от некоторых конкретных деталей. Как заметил он в нашем разговоре, предметы реквизита – настоящие. Настоящий телефон, точно не нашего времени, настоящие весы в магазине у Зои, утюг, каких сейчас нет, духи «Красная Москва» (молодые зрители, конечно, не знают их знаменитую упаковку)…

Как подчеркнул Славутский, они искали аутентичные детали. В условном театральном мире героев должны окружать подлинные вещи. Понадобились елочные игрушки – артист и помощник режиссера Анатолий Горелов принес родительские игрушки. У Елены Ряшиной оказался утюг 60-х годов. Илья Петров нашел настоящую деревянную гладильную доску тех лет, осветитель – старый счетчик, костюмер – вазу…

Однако режиссер сознательно уходил от точной датировки времени действия, от быта как среды обитания. Всё  на сцене откровенно условно. Илья даже не акцентирует внимания на том, в каком городе живет Тамара – в Москве, как в фильме, или в Ленинграде, как у Володина. И жанр спектакля, по Славутскому – не бытовая драма, а лирическая история. Причем история не бытовая, а поэтическая.

Режиссер осознанно одел главных героев «с иголочки» (костюмы Рустама Исхакова). На Ильине – модное пальто, а не кожанка. Наряды Тамары, даже домашние – как от модного кутюрье. Сумочка у Кати на длинной ручке – точно из нашего времени.

Как выясняется, у молодых – свое восприятие прошлого. Люди моего поколения вспомнят платья одного фасона на тысячах женщин, а Илья Славусткий прочитал про Кристиана Диора, который приехал в Советский Союз за пару лет до встречи Тамары и Ильина. По его мнению, было бы не совсем правильно «прибеднять» героев спектакля. Они состоявшиеся люди. Один – главный инженер огромного завода, Тамара – мастер на огромном производстве, Ильин работает на Севере, где люди получают большие деньги.

– Они не бедные люди, и мы одели их хорошо, добротно, красиво. Плюс обстоятельства пьесы: Ильин же вернулся в город, в котором не был столько лет. Конечно, он оделся как следует, и у нас он выглядит так, словно зашел в ГУМ и выбрал самое модное пальто. Посмотрите фотографии 50-х годов, люди уже не были одеты, как серые мыши.

Есть еще одно обстоятельство, о котором говорил в нашей беседе Илья Славутский. Он ставил светлый, позитивный спектакль  –  о добре, о надежде на лучшую жизнь, о том, что жизнь хороша, даже если трудно, если рядом надежное плечо. По его мнению, в кинематографе, в театре сегодня очень много черных красок. Поэтому он сознательно взял пьесу Володина, которая изначально оптимистическая, жизнеутверждающая. Не зря время действия - перед Новым годом, когда все, как дети, ожидают чуда.

Как рассказал Илья, он искал режиссерское решение вместе с актерами, и потому есть в спектакле актерские импровизации. Более всего работа шла над внутренним наполнением сценических образов. Вот что рассказала об этом исполнительница роли Тамары Елена Ряшина в газете «Аргументы и Факты»:

«Для меня было важно найти правильную интонацию. Володин считал Тамару образцом женственности. Нежная, тонко чувствующая, она 17 лет ждёт человека, которого полюбила в 20 лет. Кстати, в эпизоде, когда Ильин уходит на фронт, автор описал свою историю. Его провожала девочка, позже ставшая его женой. Как Тамара, она кричала на бегу: «Видишь, какая у тебя будет бесчувственная жена!»...

Актеры почти рядом со зрителями (Славутский сознательно выбрал для постановки малую сцену), и мы видим их лица и даже глаза. Тут не спрячешься за реквизит, за жест, за мимику…

Нас, зрителей, и здесь заставляют включить воображение, но мы домысливаем не прошлое, как в фильме, а будущее. Перешагнет ли Тамара через гордость? Ведь ее забыли на 17 (или на 18?) лет. Как воспримет Ильин ее отказ уехать с ним на Север, бросив столицу, обустроенный быт?

И зрители облечено вздыхают, когда в финале героев объединяет  мечта об общей жизни. Как в сказке, ты не думаешь о том, ЧТО будет потом, как сложится их семейная жизнь, будут ли они счастливы? «И стали они жить, поживать да добра наживать…». И точка!

Уже не в первом спектакле меня поражает художественное решение Александра Патракова. При всем минимализме используемых им средств пространство, в котором живут герои спектакля, значительно дополняет происходящее на сцене. Так было, например, в «Беге». Так получилось и на этот раз. С одной стороны, жесткая функциональность – актеры сами могут менять место действия, переставляя на виду у зрителей что-то наподобие платформ, на которые крепятся книжная полка в квартире  Тамары, телефон на улице, вешалка у Тимофеева…  С другой – метафоричность, помогающая лучше воспринять замысел режиссера-постановщика. Жаль, что в финале нельзя склеить осколки зеркала, которое разбилось много лет назад. Это можно только в кино. Острые грани останутся на месте, но мы уже не будем держать их в поле зрения, когда увидим счастливые лица Тамары и Ильина…

«Пять вечером» – пьеса с небольшим числом актеров. В этой ситуации один исполнитель может свести на нет усилия и коллег, и режиссера. В новом спектакле качаловцев этого не произошло. Разве что при первой встрече с Катей (Мария Шеховцева) трудно было определить, чего в ее характере больше – искренности или развязности. Впрочем, так задумано еще драматургом.

Других персонажей  я приняла без возражений. Илья Скрябин сыграл главного инженера химкомбината Тимофеева, Анастасия Королева – Зою.

Роли у них небольшие, но важные для характеристики главных героев. Кстати, отсутствие первой сцены, когда Зоя встречается с Ильиным, может вызвать вопрос у тех, кто не знаком с фильмом и пьесой. И не столько об отношениях Ильина и Зои, сколько о том, что было больше в его желании зайти в квартиру, где он снимал когда-то комнату – чистого любопытства или спрятанной в глубине сердца привязанности?

Особо хочу выделить Ивана Овчинникова (Слава), которого на сцене Качаловского театра еще не видела. Как пояснил Илья, он в театре первый сезон. После окончания Пермского института культуры работал в Государственном русском драматическом театре Удмуртии (Ижевск). Сам попросился в Качаловский театр.

Молодой актер удивительно органичен на сцене. Его работу даже трудно назвать игрой. Он просто существует в образе Славки, ведь они близки по возрасту. По мнению Славутского, у молодого актера есть все, чтобы занять ведущее место в труппе: хорошие внешние данные, достаточный актерский опыт. К тому же впереди много времени для творческого роста.

Исполнение песни Матвея Блантера  и Владимира Масса «Грустить не надо» в начале и в конце спектакля,  музыкальные вариации из нее  в обработке Ляйсан Абдуллиной по ходу действия, а также танцевальные номера комментировать не буду. В Качаловском театре – это как снег зимой. Мы же не оцениваем его с позиции нравится – не нравится. Это есть, и с этим надо считаться. Приверженность к музыкальности, можно сказать, стилевая характеристика Александра Славутского-режиссера, унаследована Славутским-младшим. Музыкальные номера вполне органично вписываются в общую ткань спектакля «Пять вечером», а слова знаменитой песни подсказывают непонятливым, с каким настроением надо выходить из зрительного зала. (В пьесе задумана другая песня – «Миленький ты мой…»)

Кстати, зрители приняли спектакль хорошо, с большим воодушевлением встретили появление на поклоне Ильи Славутского.  Женщина рядом со мной громко прокричала несколько раз: «Спасибо!»

Ведущий актер Качаловского театра (это слово в данном случае стопроцентно отражает реальную действительность) еще на один шаг ближе к своей мечте – стать режиссером.
Любовь Агеева,
"Каз@нские истории" 12.06.2018 г.

ГЕННАДИЙ ПРЫТКОВ: БЫТЬ, А НЕ КАЗАТЬСЯ

…Мужчина, который только что сидел на террасе большого дома, сконструированной в глубине сцены, с видом хозяина жизни на поверку оказывается бывшим хорошим наездником.  За это хозяин дома, Доминико, большой любитель скачек, оставил его у себя. В доме ему назначена роль личного управляющего хозяина, но по сути поверенного в любовных делах.  В момент, когда сцена быстро наполняется домочадцами и между супругами разгорается ссора, поделившая присутствующих на два лагеря, он оказывается за спиной Доминико. В ответ на требование хозяина немедленно подать пистолеты, чтобы застрелить жену, Альфредо прошепелявит: «Вы шами велели шнести их в ремонт»…
Но самое интересное в этой сцене, та метаморфоза, что происходит с героем Геннадия Прыткова. Спокойствие на его лице стирается, подобно надписи мелом со школьной доски, в момент, когда разгневанный хозяин обращается к нему. Рассеянность сменяется гримасой страха, покорности и подобострастия. Лицо внезапно краснеет, голова клонится на бок, очки съезжают на кончик носа, ноги подгибаются в коленях, а руки начинают нервно мять кончик газеты, той самой, которую он несколько минут назад читал, безмятежно развалившись в кресле. От каждого взгляда Доминико, впрочем, и впрямь извергающего молнии, он отшатывается, как от выпада рапиры. Всё его существо – иллюстрация фразы, которую он произнесёт в середине действия: «Я не в счёт!»

Альфредо Аморозо, персонаж спектакля «Брак по-итальянски»

Глядя на его игру на сцене, трудно поверить, что всё это один человек, но в какой бы роли он не был,  хочется, не отрываясь, смотреть как он держится, как говорит, следить за тем, как меняются его состояния! Но, пожалуй, более всего импонирует в нём душевная отзывчивость, доброта, которая видна при личном общении, и которую  я ценю больше таланта, ибо считаю, что гений и злодейство несовместимы.

Народный артист России, народный артист Татарстана, Лауреат Гос.премии РТ. Актёр театра им.В.Качалова Геннадий Николаевич Прытков.  

На вопрос, что для него театр, он отвечает, почти не задумываясь: «Чудовище!» и добавляет через паузу: «Прекрасное чудовище!»

Геннадий Николаевич родился вскоре после Отечественной войны, в 1948 году в селе Левашово Алексеевского района Татарской АССР. Детство у него ассоциируется с запахом свежеиспеченного хлеба, который он несёт домой из сельского магазина. А ещё с большими, теплыми ладонями родного человека – дяди, старшего брата матери, — отрывающие его от земли и сажающие его, мальчишку,  на колени. Особым чувством защищенности веяло от этих сильных рук.  Неповторимым, потому что во взрослой жизни этого чувства уже не было почти никогда. Театр – место, требующее полной отдачи, железной дисциплины и самоорганизации, но не дающее в ответ никаких гарантированных привилегий.  

Артистом Геннадий стал почти случайно. Мечтал стать детским врачом.  «Мне кажется, у меня получилось бы!» — с улыбкой признается он. Но учительница литературы своим замечанием: «Из тебя выйдет хороший артист, Прытков!» — решила судьбу своего ученика.  Сегодня уже трудно понять что точно,  чувство ли благоговения перед педагогом, или юношеское пылкое неравнодушие к красивой женщине, привели его к дверям театрального института.  Поступил легко, учился с удовольствием. Позже, встретив учительницу в театре, и с трудом узнав в пожилой даме прежнюю красавицу, он задал ей вопрос «почему», на который она не смогла найти ответ, просто угадала чутким женским сердцем его предназначение…  

Актёрская судьба Геннадия Прыткова отличается завидным постоянством. Всю жизнь он играл и играет в одном театре. Менялись режиссеры, кого-то из них он вспоминает с грустью, кого-то, хмурясь, но они приходили и уходили, он – оставался.  

Правда, были попытки выйти из света софитов в свет прожекторов — кинематографа. Бывший студент, Владимир Попов, пригласил сыграть в своём фильме «Доброй ночи» роль Доброго человека.  

Актёр не любит вспоминать об этом, считая эту единственную попытку неудачной. Между тем, его Добрый человек говорит очень мудрые вещи, к которым собственно и приходит, только своим путём, наделав много ошибок, главный герой картины. Пигмалион двадцатого века, тот влюбляется в образ, который приходит к нему во сне. Поверив в существование прекрасной незнакомки из грёз,  он оставляет жену с маленьким сыном, отправляясь на поиски  истинного счастья.

В этот момент в жизни покинутой женщины появляется Добрый человек. Он просто садится рядом на скамейке в парке, и предлагает свою помощь, которую она принимает в штыки.  «Если человек хочет сделать добро, разве в этом есть что-то неприличное?! Иногда бывает так, что сделать доброе дело — это единственный шанс, чтобы выжить!» — говорит герой Прыткова. Добрый человек имел историю, в автокатастрофе  он потерял всех близких и остался «один на целом свете». Актёр говорит об этом бесстрастно.  Но во всём его облике: в заячьей шапке и демисезонном, среди зимы, пальто, в воротник которого он постоянно пытается спрятать лицо, в огромных, бездонных глазах, даже в самой попытке разговора, — возникал обобщенный образ неизбывного одиночества человека и невозможности преодолеть эту неприкаянность, отделённость от мира.

Словом, назвать роль  в кино провальной для Геннадия Николаевича никак нельзя. Другое дело,  идея молодого режиссера походила на раннюю попытку человека взлететь.  От земли оторвался, но небес не достал — достойная внимания и философского осмысления идея, получила фантазийное решение, что и не позволило таланту  актёра раскрыться в полной мере.  Досадным, можно считать и тот факт, что на съемочной площадке Геннадий Николаевич был очень короткое время и не успел познакомиться с  тогда уже известными артистами. Опус Попова имел звёздный состав: Нина Русланова, Дмитрий Харатьян, Александр Пеньков. Его партнёром по сцене, которая позже не вошла в фильм, был лишь Евгений Матвеев. Маститый киноактёр тогда резко оборвал новичка, привыкшего к сцене актёра, посетовав на излишнюю «театральность».  

Сегодня в родном театре актёр востребован, как никогда. Его герои чаще всего лишены привлекательности, но почему-то в его исполнении обретают глубину и неоднозначность. Чего стоит его генерал в спектакле А.Славутского по киносценарию Ираклия Квирикадзе «Американская шлюха или путешествие по России с папой-алкоголиком». Действие происходит в годы репрессий, Колошин – генерал НКВД,  чудовище, обожающее оперное пение и пожирающее девушек, талантливо исполняющих оперные арии. Он и внешне производит впечатление разнузданного типа, не привыкшего подвергать анализу собственные желания, испорченного вседозволенностью и безнаказанностью. Но, несмотря на то, что  Прытков «подает»  зрительному залу своего героя со всем натурализмом, он в первую очередь играет человека своего поколения, глубоко советского,  прошедшего через гипноз идеологии.  Его Генерал хоть и циничен, и развращен властью над людьми, все же, по-своему, притягателен, не случайно подруга главной героини пригрелась возле его персоны, и служит ему без особых усилий.  Есть в его немногословном персонаже и некая сердечная распутица, не дающая ему обрести душевное равновесие. Подавляя, он не любит подавленных, не пытающихся вырваться из  плена его паутины. Куда милей ему, падшая, но несломленная Соня Филиппова.  

На вопрос как это у актёра получается, Геннадий Николаевич отвечает, что старается любить своих героев, со всеми их недостатками и человеческими слабостями, «влезть в их шкуру», и если не оправдать их бесчинства, то хотя бы понять мотивы их поступков.

Талантливый человек, Геннадий Прытков оказался еще и хорошим учителем. Много лет  учил ребят, пришедших в институт культуры, не только актёрскому мастерству, но и жизни. Бывшие птенцы их с Ириной Чернавиной гнезда до сих пор не теряют с ними связей, пишут, поздравляют, признаются в вечной любви и с удовольствием читают книжку маленьких рассказов своего учителя, которую тайно издал сын Артем к его семидесятилетию.  

Сегодня ученики уже не те, сетует Геннадий Прытков,  не могут они безоглядно заниматься с утра до вчера, отдавая все силы театру, боготворя его. Сегодняшний студент поставлен в такие условия, что вынужден угадывать, просчитывать своё будущее, быть прагматиком, а не романтиком.

На любимый вопрос автора этой статьи: «Какие качества актёра он, Геннадий Прытков, хотел бы занести сегодня в «Красную книгу» как исчезающие», ответ был таков: «Умение БЫТЬ, а не КАЗАТЬСЯ на сцене. Нынешний актер может многое — петь, танцевать, совершать головокружительные трюки, а вот ЖИТЬ на сцене так, как это умели Смоктуновский, Ульянов, Гундарева, Фрейндлих, увы, разучились…»

«Любые перемены сопровождаются болью.
Если ты не чувствуешь боли, значит ничего не изменилось», — считает американо-австрийский актёр и режиссер Мэл Гибсон. Пришлось пережить эту боль и Геннадию Николаевичу. Эта боль – отлучение от преподавания. Дело в том, что по законам нашего времени, не имеет права преподавать тот, кто не получил в своё время соответствующего диплома, дающего право на педагогическую деятельность.  Метастазы бюрократии социализма настигли нас в XXI веке — опыт со счетов сброшен,  а отсутствие диплома так долго не интересовало «чиновников от культуры», что он успел привыкнуть к роли учителя.  

В перестроечные девяностые, когда рушилось всё и «денег в театре не платили», отсутствие диплома режиссера не помешало им с сыном Артемом создать свой театр. Название его было созвучно времени – «99», но не имело ничего общего с ним. Исходило от количества мест в маленьком частном театре. Произведения ставили серьезные, имели своего зрителя, имена его и Ирины Чернавиной в театральной среде были на слуху, но быть режиссером – миссия куда более трудная, чем актёрская, ведь актёр отвечает за себя и совсем немного за партнера, а режиссер отвечает за всех.  

Но этот опыт привил Геннадию Прыткову способность восхищаться талантом других режиссеров, и надо сказать, на вопрос о его кумирах он называет лучших, крупные режиссерские личности: Додин, Фокин, Ефремов… «Был однажды в Петербурге, посмотрел «Гамлета» в Александринке и долго, потрясенный, не мог прийти в себя! – говорит актер, — Состояние озноба охватило все мое существо — я открыл Режиссера (Валерий Фокин), способного современным театральным языком рассказать, может быть, о самом главном в нашей жизни — увы, в ней нет места Чести, а есть в ней лишь место коварству и заговору!» И это тоже своего рода талант – уметь восхищаться так искренне и радостно, как Геннадий Николаевич.

Александра Славутского – режиссера, ставшего уже эпохой Качаловского, он ценит за то, что тот «создал ИНОЙ качаловский театр, театр глубоко авторский, почти исповедальный. Театр, наполненный острой и яркой формой. Театр, выражающий мысли, тревожащие и радующие самого Мастера».

Удачей для него было поработать с режиссером, приглашенным в театр для постановки шекспировской «Укрощение строптивой». Где Прытков играл Гремио, одного из претендентов на руку Бьянки. Красивым эффектно сделанным номером, настоящим аттракционом была сцена с Гортензио, где Илья Петров в этой роли произносит длинный монолог о том, что, соединив судьбу с Люченцио, Бьянка разбила его сердце. В доказательство своих слов, он делает вид, что   вырывает сердце из груди, и оно пульсирует в его ладони. Комичность молча внимающего  Гремио (Геннадий Прытков) трудно передать. Вся его меланхоличная поза — опущенные плечи, вытянутая шея, поджатые в коленях ноги, взгляд исподлобья и опущенные уголки губ, — само разочарование и обида. Гортензио в экстазе бросает сердце в сторону Гремио, а тот, поймав невидимый предмет, тут же брезгливо выбрасывает его с  ворчанием-стоном: «нам это не надо!»… Его очарование — очарование актёра и условных приёмов игры, большого внешнего мастерства.

Под занавес: открою секрет. Наша встреча с Геннадием Николаевичем была посвящена семидесятилетию со дня его рождения. И она тем более знаменательна, что свой юбилей артист застал не в образе увенчанного лаврами старца, а полного творческой энергии, неутомимого труженика театра, от которого мы вправе ожидать еще многих и многих ролей…

…Только одну, самую заветную, есть у каждого актёра такая, он считает, ему уже не сыграть. Это князь Мышкин в «Идиот» Достоевского. «Сейчас уже поздно об этом даже мечтать, но как-то понятен мне этот герой. Понятен своей неуместностью в жизни. Может быть, это от того, что сам всю жизнь пытаюсь приспособиться к ее реалиям и не очень-то это у меня получается»,- улыбается Актёр.

Ирина Ульянова,
"Я Казанец" 12.06.2018 г.

Однажды в Америке

Популярный у нескольких поколений казанцев спектакль Качаловского театра «Том Сойер» в свое время сошел с афиши. В конце весны театр показал премьеру — новый «Том Сойер», где те актеры, которые некогда играли ребят, уже играют взрослых. Подробности о новой постановке «Тома Сойера» — в материале «Реального времени».


Лучше, чем для взрослых

Известное выражение, гласящее, что театр для детей должен быть таким же, как для взрослых, только еще лучше, актуально в Казани и сейчас. Появление хороших детских спектаклей не столь часто, поэтому, наверное, одним из событий завершающегося сезона стала постановка сказки про кролика Эдварда Ренатом Аюповым в ТЮЗе им. Г. Кариева. Порадовал пару раз кукольный театр. Хочется верить, что новый спектакль в русском ТЮЗе, который ставит сейчас Борис Цейтлин, окажется не хуже его знаменитой «масочной» «Бури». ТЮЗ при Цейтлине был настоящим театром для детей и юношества.

Поэтому такой интерес вызвал бессмертный «Том Сойер» в постановке Александра Славутского в Качаловском театре. В этом случае перенос на сцену книги Марка Твена одинаково интересен и взрослым, и детям, начиная с того возраста, когда они могут воспринимать театр. Не случайно, в первый премьерный день «Том Сойер» даже шел не только утром, но и вечером. Естественно, при аншлагах.

«Моя книга предназначена главным образом для мальчиков и девочек, но надеюсь — мужчины и женщины не станут из-за этого ее чураться, ибо я считал своей приятной обязанностью напомнить взрослым, какими они были когда-то, каковы были их детские мысли и чувства, разговоры и мысли и в каких необычайных переделках приходилось им бывать иногда», — напоминает театр слова Марка Твена в программке к спектаклю.

И приятные воспоминания действительно охватывают взрослых, сидящих в зале. Ну а дети реагируют бурно, аплодисментами то и дело прерывая действие.

Сколько стоит покрасить забор?

Итак, «Том Сойер» — это мюзикл. Качаловская труппа, ежедневно подвергающаяся и тренингу, и спевкам, прекрасно поет и танцует. Иначе введение в репертуар мюзикла было бы невозможным. Музыкальная основа — американские мелодии в аранжировке руководителя музыкальной группы театра, ученицы Эльмира Низамова, талантливой Лейсан Абдуллиной. В оркестровой яме во время спектакля находится оркестрик театра, сопровождающий действие.

Сценография (сценограф Александр Патраков) скупа и мобильна. Две вращающиеся плоскости — знаменитый забор тети Полли (Надежда Ешкилева), тот самый, который должен дважды покрасить Том, изловчившийся получить при этом целое состояние — от ржавого гвоздя и яблока до стеклянной пробки от графина. Этот забор при необходимости превращается в лабиринты пещеры, куда попадают герои. Над плоскостями забора — висячий мостик, часть действия происходит на нем.

Том Сойер (Павел Лазарев), Гек Финн (Виктор Шестаков), Сид Сойер (Алексей Захаров) и Бэкки Тэтчер (Славяна Кощеева) — естественно, центр спектакля, хотя в сюжет удачно вплетены и другие персонажи, и даже небольшие роли сделаны ярко и запоминающиеся.

Том и Гек — вовсе не трудные подростки. Это просто мальчишки, они растут и им очень хочется приключений, тайн, загадок, которых, очевидно, не так много в их небольшом городке, в одноэтажной Америке, так хорошо описанной Марком Твеном. Вот они и придумывают их себе на голову — будь то визит ночью на кладбище или поход в пещеру, где их ждет роковая встреча с индейцем Джо (Георгий Логинов).

Лазарев и Шестаков — прекрасный дуэт, заразительный и рождающий ощущении сиюминутности придуманных шкод. Не менее интересен и их антипод — благовоспитанный ябеда Сид Сойер в исполнении Алексея Захарова.

Ну, и конечно, прекрасная дама — такая девочка-девочка Бэкки Тэтчер (Славяна Кащеева). Вся в розовом, чистенькая, благовоспитанная барышня, но, кстати, с удовольствием идущая на авантюры Тома. Девочка-девочка в душе оказывается той еще хулиганкой.

«Том Сойер» — спектакль, идеально выстроенный стилистически, где танцы, вокал и диалоги находятся в триединстве, поддержанные бурной театральностью, и в нем нет морализаторства, которое не любят дети всех возрастов и во все времена. Просто герои в нем живут в соответствии с правилами совести и чести: нельзя предать друга, нельзя, хотя это грозит серьезными неприятностями, позволить, чтобы осудили невиновного, надо любить, прощать и понимать. Такое вот «воспитание чувств» дарит театр зрителям.

А актеры, игравшие в первой постановке «Тома Сойера», тогда еще только делающие первые шаги на сцене, выросли. В новом спектакле они играют взрослых персонажей и делают это с азартом и любовью. Ведь история взросления Тома, Гека, Сида, Бэкки — это история на все времена.
Татьяна Мамаева,
"Реальное время" 05.06.2018 г.
Художественный руководитель театра народный артист России и Республики Татарстан Александр Славутский